* * *
Гроздья Изабеллы и тенеты,
Яблочка надкушенный бочок…
Молятся на прошлое поэты.
Истинно, как серенький волчок,
Я иду походкой неземною,
Бывший каботажный морячок.
Женщина, которая со мною,
Смотрит равнодушно, очень жаль.
Прямо перед будкою срамною
Лестницы бетонная скрижаль.
Тоже, вероятно, к урожаю.
Впрочем — утоли моя печаль —
Пафос я намеренно снижаю.
2
Я туда приеду и замечу:
Светит незнакомая звезда.
Чем себе сейчас противоречу.
Ибо не приеду никогда.
В хрониках заветного причала
Время не меняет города.
Чайка, разумеется, кричала,
Будто непременно быть беде.
Песня начинается сначала,
Далее, по Гринвичу, везде.
26.06.25
* * *
За дремучую доблесть стихов ни о чём
Мы, конечно, ответим, пустая порода.
Наше красное лето горбатым «грачом»
Улетает куда-то за край небосвода.
И попробуй тождественно отобрази
Это странное чувство воздушной тревоги.
Если в принципе должен, то в данной связи
Богу богово некое всё же налоги.
Тоже царство небесное Ершалаим,
Где простому пророку не платят построчно.
Будто нет уговора стрелять по своим.
Будто нет уговора, но это не точно.
20.06.24
* * *
Виталию Кочергину
Такие, брат, дела. На Пасху воскресенье,
А вечности боброк у времени в тылу.
Вчера вошло во вкус овсяное печенье.
Диван теперь кровать и крошки на полу.
Понятно, что бардак потребует уборки.
Но если не стоит, не стоит начинать.
Контекст, увы, не тот, да эго мочит корки,
В том смысле, что ему на это наплевать.
И даром что весна, а голые равнины
Как будто ни при чём, раскладами полей.
Земной, однако, путь пройдя до половины,
Пройти бы до конца по списку кораблей.
11.04.20
* * *
А коли я жил в Бирюлёво,
В бирюльки со мной не играй.
Отбрасывал тень Гумилёва
По левому борту трамвай.
Направо — строитель плакатный
Поджал переулки задов.
Уложен кирпич силикатный
В неровную кладку зубов.
К тому же навек моментально
Случилась такая жара,
Что несколько сентиментально
Пожухла моя кожура.
И гидра фонтана, где дети
Купаются до синевы,
Похожа на праздники этим.
На всадника без головы,
Наверно, похож истребитель,
Когда покидает ангар.
Дискретный, что твой повторитель.
Агар потому что агар.
26.07.22
* * *
В круге первом, в круге техзаданий,
У судьбы-злодейки на кругу,
Выполнив по сотне приседаний,
Ешьте чернослив и курагу.
Будет вам весёлая наука
Стоить запечённых голубей.
Тысяча, прикиньте, будет штука.
Штука будет тысяча рублей.
Шутка ли действительность без лака?
Кот учёный кружит на цепи.
Кружит, как последняя собака,
Между делом делая пи-пи.
25.06.25
* * *
Вольно ветру, погоду верстая,
Атмосферно гудеть в проводах.
Арифметика вроде простая.
Напрягает, что в общих местах,
Где одна беспилотников стая,
Пресловутая чуйка шестая
Нарезает круги в облаках.
То есть в меру своих притязаний,
Во своей пребывая марже,
Обретаются на вираже
Кубометры иных осознаний,
В тегах Оккама и Фаберже.
Что достойно отдельных сказаний.
Недостойных довольно уже.
05.11.22
HOMO LUDENS
Скоро займётся звезда на востоке,
Долгих ночей наступает черёд.
Перемешав в апельсиновом соке
Сакраментальные пламень и лёд,
Стрёмно, ей-богу, идти в караоке
Под неизменное «Время, вперёд!».
Правильный выбор — классический покер!
Всё остальное — неправильный мёд.
Нет, я не против любовной интрижки.
Сам обмануться при случае рад.
Средства затем и меняют на фишки,
Чтобы преследовать цель наугад.
Круговорот изымает излишки,
Наоборот, возвращая назад.
Лучше не знать, за какие коврижки
Наша Планида идёт в палисад.
Знание — сила. Традиция, впрочем,
Предпочитая рогожу из льна,
Жалует прикуп на жительство в Сочи,
Жалуя привкус вины без вина.
Если об этом сказать покороче:
Непререкаемо слово — война.
Но спекулировать автор не хочет,
Ибо на это душа не вольна.
Либо у автора в приоритете
Сфинктер коварный, владетель уретр.
Внутренний чел непременно отметит:
Перипатетик не есть геометр.
Это Шеншин за шиншиллу в ответе,
Фет за поэзию нашивал фетр.
Дует истории бронзовый ветер,
Розы ветров умозрительный ветр.
Дует, и в том, подражая Тибуллу,
Не оставляя глубоких следов,
Город на Волге меняя на Тулу,
Тулу меняя на Дон и Ростов, —
Аллитерацией горнему гулу
Я полагаю гортань городов.
Где, нарываясь на папскую буллу,
Прозу писать всё равно не готов.
20.10.22
* * *
Если огня не даёт батарея,
Лёгкость пера обещать не могу.
Память играет в свою лотерею,
Яблоки вспомнились вдруг на снегу.
Жимолость якобы ягода-жалость,
Женские руки по локоть в добре…
Эта зима как-то так начиналась,
Что надоела уже в декабре.
Впрочем, не верю, кричал Станиславский!
Падали с дерева груши айвы.
За неимением лучшей закваски
Ехали всадники из головы,
Телеграфируя шрифт типографский,
С берега Волги на берег Невы.
21.12.24
* * *
Где яблоко положено в числитель,
Там общий знаменатель не положен.
Известный потому что разделитель —
Субъекты разнополые на ложе.
И трудновоспитуемые дети,
Тик Таком ли отмечены, Тик Током,
Играя по песочницам столетий,
С моралью обращаются жестоко,
Согласно конкуренции здоровой.
Согласно философии попкорна —
Корова называется коровой,
Поэзия бессмертию покорна.
24.06.25
* * *
Это парк. Это лавочка парка.
Это дерево: жилистый вяз.
Это едет по-вдоль иномарка,
В ней абстракция давит на газ.
Это голуби давят на массу,
Не желая бороться за мир.
Титулярный художник Пикассо
Городским голубям не кумир.
Городским подавай не по чину.
Но наличными нет ни копья.
Настоящему делу причина:
Это парк, это вяз, это я,
Невысокого роста мужчина.
Орфография тоже моя.
20.12.24
